European Union External Action

Выступление Верховного Представителя ЕС Могерини в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел России Лавровым

Москва, 24/04/2017 - 14:59, UNIQUE ID: 170424_9
Statements by the HR/VP

Выступление и ответы на вопросы СМИ Верховного Представителя ЕС Федерики Могерини в ходе совместной пресс-конференции с Министром иностранных дел России Сергеем Лавровым.

Возможны расхождения между произнесенной речью и данным текстом

Спасибо, Сергей [Лавров, министр иностранных дел Российской Федерации].

Со своей стороны, я также считаю обсуждение, которое мы начали сегодня утром и продолжим после этой пресс-конференции, полезным и конструктивным. Всегда лучше вести прямой диалог. Хотя это мой первый визит в Москву в моей нынешней должности [Верховного Представителя Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности и Заместителя Председателя Европейской Комиссии], в эти два с половиной года у нас с Сергеем – а также у наших команд – было несколько поводов, чтобы встретиться, поработать совместно для осуществления координации по отдельным вопросам.

Европейский Союз верит, что диалог – конструктивный, открытый, откровенный диалог – это единственный путь вперед. И это также верно для важного не только соседа, но и глобального игрока, каким является Российская Федерация.

Существуют вопросы, где у нас есть разногласия. Мы говорим об этом открыто и откровенно. Безусловно, мы по-разному оцениваем конфликт в восточной части Украины и аннексию Крыма. Но и по проблематике этого кризиса мы обменялись мнениями, как нам продвинуться вперед в рамках согласованной «дорожной карты», то есть в деле полного выполнения Минских соглашений всеми сторонами в том, что касается и безопасности, и политических аспектов.

Европейский Союз считает, что необходимость сделать это стала еще актуальней после гибели одного из наблюдателей ОБСЕ [Специальной мониторинговой миссии Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе] вчера в восточной части Украины. Мы обсудили, каким образом мы можем усилить совместную работу, чтобы гарантировать полное выполнение Минских соглашений всеми сторонами, и как положить конец конфликту в восточной части Украины.

Мы также обменялись мнениями о том, что можно было бы назвать «системным разногласием» – кажется, Вы [Сергей Лавров] так это назвали, – то есть о позиции Европейского Союза по непризнанию аннексии Крыма. Это принципиальная позиция, которой мы – не только Европейский Союз, но и другие наши мировые партнеры – будем придерживаться.

У нас было долгое обсуждение ряда двусторонних вопросов. По некоторым из них имеющиеся у нас сложности можно преодолеть путем сотрудничества и диалога. По другим у нас существует хороший уровень взаимодействия и сотрудничества к взаимной выгоде как российских граждан, так и граждан стран Европейского Союза. И мы решили работать по этим общим вопросам, хорошим примером которых является возобновленный за прошедшие месяцы диалог в сфере противодействия терроризму. Но мы также определили дополнительные области взаимовыгодного сотрудничества, которые необходимо укреплять, например, сотрудничество в Арктике или в рамках "Северного измерения", сотрудничество в сфере культурных обменов, образования и исследований. Я могла бы продолжить этот длинный список.

Что касается глобальных и региональных вопросов внешней политики, то мы начали рассмотрение нашей общей повестки приоритетов с ситуации в Сирии. Я поблагодарила Министра иностранных дел Лаврова за активное участие Российской Федерации в Брюссельской Конференции ["Поддержка будущего Сирии и региона"], которая состоялась несколько недель назад. На конференции мы подтвердили неизменную гуманитарную поддержку со стороны международного сообщества населения Сирии как в самой Сирии, так и в регионе. Европейский Союз есть и останется главным донором гуманитарной помощи сирийцам. Мы разделяем позицию, что необходимо улучшить доступ для гуманитарной помощи.

Мы рассчитываем на работу России, в том числе в рамках процесса в Астане, чтобы содействовать продвижению вперед в это связи. Мы сходимся во взглядах, как работать более тесно над политическим урегулированием войны в Сирии. Я верю, что у нас общий интерес: положить конец этой войне, которая унесла так много жизней и которая причиняет так много страданий, прежде всего, сирийцам, но и жителям региона в целом.

В наших общих интересах гарантировать, чтобы эта часть нашего соседства раз и навсегда обрела мир, стабильность и безопасность, одержала победу над ДАИШ и обеспечила демократический, инклюзивный, светский, единый характер будущего для Сирии в рамках соответствующих резолюций Совета Безопасности ООН, посредством межсирийских переговоров, ведущихся при посредничестве ООН в Женеве, и на основании резолюции Совета Безопасности ООН 2254. Мы обменялись мнениями, как продолжить работу в этом направлении, в особенности на политическом треке.

Другие вопросы международной, глобальной и региональной безопасности, представляющие взаимный интерес и вызывающие общую обеспокоенность, включают в себя ситуацию в Ливии; мирный процесс между Израилем и Палестиной, в рамках которого Европейский Союз и Россия прекрасно взаимодействуют в "квартете" и с нашими арабскими партнерами, в том числе посредством Арабской мирной инициативы; полную реализацию договоренности по иранской ядерной программе; и, в целом, содействие более конструктивному подходу в странах Персидского залива и во всем регионе Ближнего Востока.

Мы также будем обсуждать, когда продолжим наши переговоры, некоторые другие вызывающие взаимную обеспокоенность вопросы, по которым Российская Федерация и Европейский Союз могут конструктивно сотрудничать, не только в интересах России и ЕС, но также на благо глобальной стабильности, мультилатерализма и соблюдения международного права в том, что касается, например, вопроса денуклеаризации Корейского полуострова или мирного процесса в Афганистане, и нашей совместной работы по некоторым ключевым для нас вопросам: будь то глобальная разделяемая ответственность в том, что касается управления значительными миграционными потоками, или работа по реализации Парижского соглашения об изменении климата и Целей устойчивого развития.

В общем и целом, я считаю, что наша совместная работа может быть крайне необходимой для укрепления системы ООН, многостороннего подхода и того, что мы называем основанным на правилах глобальным порядком.

Тем не менее, это не отменяет и не снимает все сложности и все разногласия, которые у нас имеются, в особенности в некоторых областях, в частности по вопросу Украины. Но существуют также и сферы для сотрудничества, и мы полны решимости повысить уровень координации и сотрудничества, исследуя возможности, каким образом Россия и Европейский Союз могут содействовать разрешению некоторых кризисов, с которыми сталкивается современный мир. Мы живем в сложное время. Это время, когда ни один дюйм, ни один сантиметр сотрудничества не должен быть потрачен впустую или недооценен. Поэтому на нас лежит ответственность сделать все возможное, чтобы найти общую позицию и общие решения.

У нас также имеются другие точки, по которым наши позиции не совпадают, и соответствующие обеспокоенности, которые мы также обсудили в ходе дружеского и открытого диалога. Как я уже сказала, я, в целом, разделяю оценку Министра, что этот обмен мнениями был полезным, конструктивным, позитивным, и мы продолжим обсуждение не только в течение сегодняшнего дня, но также в ближайшие недели и месяцы.

Спасибо.

 

Вопрос: Поднимались ли на переговорах вопросы взаимных санкций, а также перспективы системной ревизии отношений между Россией и ЕС? С таким предложением еще год назад выступала российская сторона. И уточняющий вопрос к госпоже Могерини. Официальные лица Украины не скрывают того, что нынешний состав Рады не будет рассматривать законы, необходимые для полного выполнения Минских договоренностей. Обсуждает ли Ф. Могерини эту проблему с Киевом? Возможно ли частичное снятие санкций еще до полного выполнения Минских договоренностей, в случае прогресса в их выполнении?

Ф. Могерини: Что ж, я приняла к сведению и внесла в свои записи слова, что "посредством нашего сотрудничества мы сможем, со временем, урегулировать все". Это было бы действительно хорошим началом. Но наше двустороннее сотрудничество не "заморожено". Мой визит сюда является очевидным свидетельством этого. И помимо моего сегодняшнего визита, мы с Сергеем, возможно, встречались раз двадцать за прошедшие пару лет. Если это "замороженное" сотрудничество, что ж, это ваше оценка…

Верно, что оно не является таким, каким оно было раньше, или таким, каким мы бы хотели его видеть. На протяжении многих лет Европейский Союз и Россия работали над перспективой стратегического партнерства. Мы бы хотели вернуться в такую ситуацию, и, как я уже сказала, мы готовы изучить все возможные сферы сотрудничества на основе, как сказал Сергей [Лавров], прагматичной оценки наших соответствующих интересов. Во многих сферах эти соответствующие интересы совпадают на двустороннем, региональном и глобальном уровнях.

Было бы неестественным рассматривать друг друга в качестве стратегических партнеров и при этом иметь существующие санкции. Это не тот уровень отношений, которые обычно существуют между партнерами. Поэтому мы не можем притворяться, как будто ничего не произошло в 2014 году. Мы обсуждали это подробно, не только сегодня, но и в прошедшие годы.

Наши санкции не являются целью сами по себе. Мы говорим – последовательно и сплоченно, как Европейский Союз, все 28 стран-членов, – что мы рассматриваем это только как часть политики, направленную на то, чтобы положить конец конфликту в восточной части Украины при полном выполнении Минских соглашений. Часть наших санкций связана с аннексией Крыма. Совершенно очевидно, что в этом вопросе наши взгляды кардинально расходятся; мы считаем, что это нарушение международного права. Но мы обмениваемся этими аргументами с 2014 года.

То, что мы обсуждали сегодня в конструктивном, как я полагаю, ключе, – это то, что мы можем сделать совместно, чтобы гарантировать продвижение вперед в деле выполнения всех аспектов Минских соглашений. Конечно, мы обсуждаем с нашими партнерами в Киеве их часть, касающуюся полного выполнения Минских соглашений, как мы обсуждаем с нашими российскими коллегами, что еще они могут сделать для обеспечения полного выполнения Минских соглашений. Таким образом, наша цель – положить конец конфликту в восточной части Украины и связанным с этим санкциям, потому что – не обращаясь к событиям 2014 года – мы очень по-разному видим причины конфликта.

Тем не менее, я полагаю, мы заинтересованы в улучшении наших отношений, расширении сфер сотрудничества, как я уже сказала, как по двусторонним, так и региональным и глобальным вопросам. Потому что современному миру определенно необходимо – с точки зрения экономики, безопасности и геополитики – сотрудничество, а не конфронтация.           

Вопрос:  Недавно Вы, господин Лавров, провели переговоры с Государственным секретарем США Р. Тиллерсоном. Стало известно, что в ходе переговоров упоминалась возможность возобновления расследования инцидентов в г. Хан-Шейхуне и на авиабазе «Шайрат». Действительно ли возможно возобновление расследования, учитывая, что большинство членов ОЗХО проголосовали против российско-иранского предложения? Также у меня вопрос к госпоже Могерини относительно того, что по аэродрому Шайрат был нанесен удар 59 американскими ракетами в обход норм международного права, вопреки Уставу ООН и всем нормам. И еще одни вопрос. Парламентская делегация ПАСЕ была в Сирии, и в их докладе упоминались позитивные мнения, что в Сирии стало лучше, что там идет прогресс. Не планирует ли ЕС на этом фоне направить делегацию в Сирию?

Ф. Могерини: В то утро 4 апреля я встречалась в Брюсселе с организациями гражданского общества из Сирии. Некоторые из них в результате нападения потеряли коллег, друзей, членов семьи. Я рассказала об этом, потому что война в Сирии уносит чрезмерно много жизней гражданских лиц. Но когда используется химическое оружие, химические отравляющие вещества в ходе войны, то речь идет о совершенно иной стадии. Это совершенно иной уровень жестокости, приравниваемый к военному преступлению, если будет доказано, что именно это произошло. Поэтому европейская позиция состоит в следующем: в рамках системы ООН необходимо гарантировать проведение полного, транспарентного расследования Организацией по запрещению химического оружия и полное привлечение к ответственности.

Теперь к Вашему вопросу о присутствии ЕС в Дамаске. Вы начали с того, что сказали, что в Сирии есть позитивные изменения. Что ж, это не та оценка, которую мы слышим от наших сирийских партнеров. Ситуация в стране по-прежнему очень напряженная: хотя и предпринимаются попытки – серьезные попытки, которые мы приветствуем, например в рамках процесса в Астане, – обеспечить соблюдение режима прекращения огня, по-прежнему продолжают гибнуть люди, и ежедневно происходят столкновения в различных частях страны.

Европейский Союз, совершенно очевидно, не является военным актором на месте, он только работает над мирным политическим урегулированием кризиса и оказанием гуманитарной помощи сирийцам. У нас есть Представительство Европейского Союза в Сирии, которое не прекращало свою работу из Бейрута, а также контакты в Дамаске. Офис Европейского Союза по оказанию гуманитарной помощи находится в Дамаске и помогает доставлять гуманитарную помощь в страну. И мы продолжим это делать.

Для нас рамками для предоставления гуманитарной помощи и поиска политического решения являются рамки ООН. Мы продолжим использовать все имеющиеся у нас контакты, все имеющиеся у нас возможности, без какой либо европейской повестки, но лишь с единственной целью поддержать сирийцев и помочь им – всем сирийцам без исключения – обрести страну, в которой каждый, вне зависимости от происхождения, мог бы почувствовать себя свободным. Мы считаем, что это единственная устойчивая основа для завершения войны, а также для победы над ДАИШ и ликвидации условий, в которых террористические организации могут найти себе место в стране.             

Вопрос: Вчера вечером Вы назвали Э. Макрона "надеждой поколения". Однако в то же время примерно равное число французских избирателей, по-видимому, считают Марин Ле Пен своей надеждой и будущим. Если бы Россия назвала одного из кандидатов "надеждой поколения", ее бы обвинили в попытке повлиять на результаты выборов во Франции? И второй вопрос. Не вызывают ли у Вас беспокойство результаты выборов, которые показывают, что примерно 40% проголосовало за кандидатов, которые в ходе своей кампании призывали к серьезному пересмотру отношений с ЕС. Будет ли Брюссель реагировать на это?

Ф. Могерини: То, что я вчера вечером написала в "Твиттере", означает, что для меня надежда поколения – это увидеть вместе французский и европейский флаги, приветствующие результаты полученные Эммануэлем Макроном. Увидеть вместе европейский и французский флаги – это подтверждение того, что народы и граждане определяют себя одновременно и как французов, и как европейцев. Именно так ощущает себя большая часть моего поколения, к которому также принадлежит и Эммануэль Макрон. Можно чувствовать себя, в моем случае, гордой итальянкой и гордой европейкой, или гордым французом и гордым европейцев, в случае Эммануэля, без отказа от необходимости изменять и реформировать наше совместное существование в Союзе, но при этом вкладывая всю имеющуюся энергию в это совместное существование. Поэтому надеждой поколения я называла не Эммануэля, а тот факт, что увидела вместе европейский и французский флаги.

Это также касается и второй части Вашего вопроса. Вы сказали, что большое число французских избирателей поддержало или проголосовало за кандидатов, которые ставят под вопрос отношения между Францией и Европейским Союзом. Вы знаете, это не отношения, это общность. Европейский Союз не существует без своих стран-членов. Именно поэтому комментарий о находящихся вместе европейском и французском флагах не является вмешательством; мы сосуществуем в едином пространстве. Та дистанция между столицами и Брюсселем, которую порой усматривают как внутри ЕС, так и за его пределами, в действительности не существует. Я прекрасно об этом знаю, так как сама была национальным министром одной из стран-членов, и могу Вам сказать со всей откровенностью и открытостью, что быть частью Союза не означает передать суверенитет. Единственная для Европейского Союза возможность вновь обрести суверенитет в современном глобальном мире – это действовать сообща.

Европейский Союз состоит из стран-членов, а чувство отсутствия дистанции – это то, что позволяет нам работать вместе. Я являюсь председателем трех структур Совета Европейского Союза – Совета по иностранным делам, Совета по вопросам обороны и Совета по вопросам развития, – и я прекрасно знаю, что решения, которые принимает Европейский Союз, не принимаются каким-то пришельцем, живущим в Брюсселе. Решения принимаются 28 соответствующими министрами, которые формируют решение и консенсус Европейского Союза. Поэтому Европейский Союз – это мы, европейцы, в том числе французы, которые голосовали вчера. Поэтому для меня было не только естественным прокомментировать, но и поприветствовать единение двух флагов. Я бы точно также прокомментировала, если бы они появились на любом другом собрании или политическом заседании вчера вечером. Это направляет правильный сигнал как народу Франции, так и Европейскому Союзу, о том, что на нас лежит общая ответственность за то, чтобы Союз работал и приносил результаты нашим гражданам, потому что Европейский Союз не существует без европейцев. Настолько все просто.            

Вопрос: Были сделаны очень серьезные заявления о вероятных нападениях на ЛГБТ-сообщество в Чечне, убийствах, пытках и т.д. Волнует ли это сегодня Европейский Союз? Более 30 членов ЛГБТ-сообщества сейчас прячутся в России и отчаянно хотят уехать из этой страны. Должен ли Европейский Союз или отдельные страны ЕС выступить с планом спасения этих людей, чтобы облегчить их отъезд?

Ф. Могерини: Вопрос прав человека обсуждался нами сегодня утром. Кстати, перед нашими переговорами утром я встретилась с некоторыми представителями организаций гражданского общества и правозащитниками, с которыми я подробно обсудила этот и другие вопросы, касающиеся деятельности гражданского общества и защиты прав человека в Российской Федерации.

Я знаю, что у наших российских коллег есть обеспокоенности по вопросам соблюдения прав человека внутри Европейского Союза. Это откровенный и взаимный диалог, в котором мы слушаем друг друга и, надеюсь, также слышим друг друга. Вы, возможно, видели нашу общую реакцию в связи с данным конкретным случаем, касающимся гей-сообщества в Чечне, и с необходимостью защищать его. Мы ожидаем, что Российская Федерация сыграет свою роль в защите собственных граждан при полном соблюдении правозащитных принципов. Это также является ответом на вторую часть Вашего вопроса. Мы считаем, что власти страны несут основную ответственность за защиту прав своих граждан, и повторю, что мы этот вопрос поднимали и обсуждали.     

Languages:

Зохиогч